Автор Тема: Уроки полученные в бою  (Прочитано 5487 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #30 : 08 Марта 2016, 20:17:12 »
Стрельба под стрессом
Эпиграф: "Кто любит колбасу и уважает правосудие, не должен знать, как делается ни то, ни другое"
(Я это к тому, что под кат ходить всем не надо. Правда. От слова совсем. Можно просто ограничиться прочтением текста)
"Время. Нам его так не хватает. Нам хочется всё успеть в этой жизни. И вот самым ценным для нас становится время. Часы. Минуты. Но умеем ли мы ценить секунды? Секунды, которые могут изменить нашу судьбу. Секунды, от которых зависит жизнь."
Многие наверное помнят эти слова из красивого фильма телеканала "Звезда", "Спецназ. Успеть вовремя", отточенные действия спецназа, красиво, раз-два всех победили, "террорист" обезврежен. Красивые парни в "чёрном" или в камуфляже. Мало кто знает, кроме посвящённых, как оттачиваются эти действия. Как спрессовывается время на тренировках, как взрывается мозг от количества вводных и от желания "сделать всё как надо" и при этом быстро и без ошибок. Как выработать в личном составе, умение действовать адекватно постоянно меняющейся стрессовой ситуации, каким потом, кровью и нервным напряжением это достаётся.
А выглядит учёба в самом начале примерно вот так. Молодой сотрудник одного из спецподразделений.
Простейшее упражнение. Сотруднику выдаётся два магазина к АК с НЕИЗВЕСТНЫМ для него количеством патронов. Он только знает, что магазины не полные. И пистолет с 4 патронами в магазине, это он знает точно. Дальше всё проще пареной репы, сотрудник двигается по местности и поражает мишени из автомата, пока у него не кончатся патроны в автоматном магазине. По израсходованию боеприпасов, он переходит на пистолет, поражает 2 выстрелами ближайшую мишень, добегает до неё, использует её как укрытие, делает ещё 2 выстрела по следующей ближайшей мишени. Убирает пистолет в кобуру. Меняет магазин в автомате и двигается дальше, поражая мишени до полного израсходования боеприпасов. Вроде ничего сложного.
Сотруднику спокойным голосом объясняется вышеуказанный порядок прохождения упражнения, дополнительно указывается, что он не должен обращать внимание на указания инструктора во время упражнения. Выясняется, всё ли он понял.
Далее вопрос: "Готов?!"
Получение утвердительного ответа: "Готов!"
И начинается вот это:
(людям со слабой гражданской психикой, несовершеннолетним, а так же девочкам разного возраста смотреть не надо, я серьёзно, 21+++, присутствуют непередаваемые идиоматические фольклорные выражения)
Стресс можно создать человеку различными способами, например раздёргать и дезориентировать человека вот так: <a href="http://www.youtube.com/watch?v=o0gJDbYVP4w" target="_blank">http://www.youtube.com/watch?v=o0gJDbYVP4w</a>

« Последнее редактирование: 20 Сентября 2017, 23:06:02 от Чегодаев Сергей »
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #31 : 10 Апреля 2016, 20:54:05 »
ТАк вот малята!
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #32 : 19 Июня 2016, 09:14:43 »
Более востребованные навыки по технике безопасности при обращении с оружием

Какие навыки по технике безопасности при обращении с оружием более востребованы?

Предлагаем вашему вниманию рейтинг навыков, которые преподаватели на курсах по технике безопасности при обращении с оружием должны учить людей в первую очередь.

Рейтинг составлен на основе анализа статей рубрики «The Armed Citizen» журнала NRA (за первые 6 месяцев 2014 года), в которых описывается опыт обращения с оружием обычных граждан.

Каждый отдельный случай был рассмотрен с точки зрения частоты использования навыков гражданами.

- Извлечение короткоствольного оружия из сейфа/тумбочки – 32%
- Безопасное передвижение с заряженным оружием – 22%
- Вытаскивание оружия из кобуры и последующая стрельба – 20%
- Умение переубедить врага – 15%
- Помощь другим людям, находящимся в беде – 15%
- Вытаскивание оружия из кобуры для запугивания врага – 12%
- Вступление в бой – 12%
- Умение держать врага на мушке до приезда полиции – 12%
- Извлечение прочего оружия из сейфа/тумбочки – 10%
- Умение стрелять, и не попадать при этом в прохожих – 10%
- Извлечение винтовки/ружья из сейфа/тумбочки – 0%
- Перезарядка оружия – 0%

Часто ли инструктора просят вас принести с собой ваш кейс/переносной контейнер для оружия на тренировку? Наверное, не часто. Показывают ли на ваших курсах, как проводить безопасную перезарядку оружия? Или ваше оружие всегда находится в заряженном состоянии? А безопасное передвижение с заряженным оружием – это, наверное, самая первая проблема, с которой сталкиваются неопытные участники IDPA.

Умение выступить против врага, попытаться переубедить его словами – это еще один навык, который не часто увидишь на подобных курсах. Умение разрешить конфликтную ситуацию, не вытаскивая при этом оружие, и не стреляя – это большая победа.

Заметьте, что ни в одном из случаев стрелку не нужно было перезаряжаться. Да, этот навык необходимо изучать, но люди начинают слишком много думать о том, сколько запасных патронов нужно носить с собой, в чем их носить, и так далее. Это время лучше потратить на тренировку других навыков.

http://bodyguardsonline.com/technical-details/2677-bo..


В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #33 : 01 Июля 2016, 16:22:28 »
Команда Task & Purpose совместно с военным психологом подполковником Дейвом Гроссманом подготовила краткий материал о процессах, происходящих с нашим мозгом и телом до, во время и после боя.

В 2012 году известный скай-дайвер Феликс Баумгартнер совершил стратосферный прыжок с высоты 39 километров, установив мировой рекорд высоты свободного падения. Спонсор проекта – Red Bull – инвестировал в это мероприятие более 65 млн. долларов США. К работе над проектом были привлечены известные учёные и инженеры со всего мира, однако проект чуть не окончился провалом. И причиной тому стали не технические накладки, а панический страх, который Баумгартнер ощутил за несколько месяцев до прыжка.

Даже в менее экстремальных условиях, нами могут овладеть и управлять отрицательные и деструктивные эмоции. Мир спорта давно знаком с этой проблемой, и поэтому ментальный тренинг является составной частью подготовки любого профессионального спортсмена. Когда Баумгартнер захотел отменить прыжок, Red Bull привлек к решению возникшей проблемы известного специалиста в психологии реального боя (physiology of deadly combat) доктора Майкла Герваиса, которому быстро удалось нейтрализовать страх 43-летнего спортсмена. Прыжок Баумгартнера, во время которого был преодолён звуковой барьер, прошел успешно.Баумгартнеру помогли наработки из области военной психологии, развивавшейся десятилетия до этого. Уже начиная с 90-х годов 20 века, американские военные приступили к изучению психологии боестолкновений для поиска инструментов, позволяющих выработать прогнозированное и эффективное поведение солдата в бою. Большая заслуга в успешном внедрении этой программы принадлежит профессору психологии Военной академии Вест-Пойнт подполковнику Дейву Гроссману, который изучал психологию и физиологию солдата в условиях боестолкновения. Результаты исследований Гроссмана подробно изложены в его научных трудах и в изданных им книгах «В бою» и «Когда убиваешь».

«Армейское руководство считало это безумием», — рассказывал Гроссман команде Task & Purpose. Они сказали:«Только потому, что это работает в каких-то глупых играх, не значит, что оно будет эффективным в ситуации смертельной угрозы». Мы искали ответ на фундаментальный вопрос: Сопоставим ли страх, который человек испытывает в поединке за супер-кубок, со страхом, испытываемым им в бою? И ответом, который всё изменил, было – да! Всё, что мы можем использовать в спорте, мы можем применить и в реальном бою. Это одно из революционных открытий, улучшающих эффективность солдата в бою».

Конечно же, современные спортсмены не вступают в смертельные поединки со времён падения Римской империи, но, как тут же указывает Гроссман: «Физиологическое возбуждение – есть физиологическое возбуждение». Другими словами, на физиологическом уровне нет никакого различия между подготовкой к свободному падению из космоса или подготовкой к выбиванию двери в удерживаемом боевиками секторе где-нибудь в Рамади. В обеих ситуациях мозг и тело переключаются в режим выживания. И в обеих ситуациях мозг даже наиболее подготовленных людей способен испытывать страх.

Отвага не означает отсутствие страха; отвага — это, прежде всего, способность его контролировать или замещать его чем-то другим: гневом, милосердием, сосредоточенностью, самопожертвованием. Эту способность в солдате можно развить, если он будет осознавать, как функционируют его мозг и тело в условиях экстремального стресса. Будучи в состоянии идентифицировать эти физиологические процессы, осознавая их естественность, человек способен предотвратить развитие неуверенности в себе и возникновение сковывающего страха в разгар сражения.

«Мы умеем помогать людям справляться с последствиями пережитых событий и излечиваться от травм, но лучше делать это на упреждение», говорит Гроссман. «Мы хотим проводить вакцинацию. Но не пенициллином. Предупреждён – значит вооружён. Если человек будет знать, что с ним произойдёт, это уже не сможет застать его врасплох».

Серия анимированной графики, созданной членом Task & Purpose Мэтью Батталья, поможет понять, что происходит с нашим мозгом и телом до, во время и после боя. На протяжении нескольких десятилетий Гроссман интервьюировал участников боевых действий, сотрудников силовых ведомств для проверки и обоснования выдвинутой им и изложенной здесь теории. Конечно, это лишь краткий обзор. Для полного погружения в тему психологии и физиологии войны рекомендуем прочитать книги Гроссмана.

Накануне сражения эмоции каждого бойца находятся в состоянии возбуждения, что в свою очередь способствует улучшению концентрации внимания и подавлению чувства тревоги. такое состояние, по словам Гроссмана, совершенно естественно:
«Каждый объясняет страх разными способами. Возьмем музыкантов. Один музыкант говорит: «Я – разбит в хлам перед выходом на сцену. Меня тошнит, и я чувствую, что сейчас блевану. Это настоящий страх перед сценой». Но он до сих пор хорошо выполняет свою работу, как музыкант. Другой говорит: «Чувак, я накачиваюсь спиртным перед концертом. Кишки урчат. Нервы – как струны». Оба музыканта испытывают одно и то же чувство страха, но одного он съедает, а второй мобилизуется».

Но, всё же одно из наиболее распространённых ощущений среди солдат перед боем – это позыв к дефекации, или, как говорит Гроссман, — «позыв к боевому испражнению».

«В нижней части живота любого человеческого существа находится склад токсичных отходов» — говорит Гроссман. «Тело стремится освободиться от этих составляющих, т.к. в случае травмы живота, они могут способствовать заражению раны и привести к гибели всего тела. Поэтому, пред стрессовым событием всегда наблюдается стрессовая диарея».На момент начала события тело реагирует радикально, начиная с системы циркуляции крови — наблюдается отток крови от поверхности тела. Гроссман объясняет, что таким образом биологическое тело подготавливается к возможным повреждениям.«Это спазм сосудов. Перед возможной потерей крови капиллярами, происходит снижение механической активности кровообращения, в результате чего, артерии и сосуды в середине тела, могут удерживать крови в два раза больше, чем обычно. В результате этих процессов мы можем наблюдать бледность лица у бойца».

Для этого существует две первопричины. Одна из них – предотвращение кровоподтёков, которые случаются, если капилляры или вены подвергаются повреждениям от удара тупым предметом. Если в них не будет крови – они останутся целыми. Но гораздо важнее то, что перенаправление потока крови внутрь организма, помогает, в случае периферийного ранения, выжить до окончания боя.

«Представьте, как 5 тысяч лет назад волк вгрызается в Вашу руку», — говорит Гроссман. «Вы обрушиваете на голову зверя серию ударов камнем, защищая себя.Зверь может искромсать Вашу руку практически в лохмотья, но если он не достанет до артерии, Вы не истечёте кровью».Смерть боевого товарища – страшнейшее событие для каждого солдата. Но пока сердце скорбит, средний мозг – часть центральной нервной системы, отвечающая за синхронизацию информации поступающей от органов чувств с двигательной активностью и контролирующая концентрацию нашего внимания – переключается в режим усиленной работы.

«Я называю средний мозг «животным», — говорит Гроссман. «Внутри каждого из нас находится этот зверь. Когда мы сталкиваемся лицом к лицу со смертельной опасностью это животное говорит: «О, на их месте мог быть и ты. Будь осторожен!» Это фундаментальный закон выживания. Прежде, чем Вы сможете помочь кому-то спастись, Вы должны позаботиться о себе. Поэтому наиболее универсальным ответом в такой ситуации служит нечто сродни: «Господи, спасибо, что не меня!»«Так происходит потому, что спазм сосудов также касается и головного мозга. Когда кровь отливает от лица, она отходит и от переднего мозга. И вы больше не можете мыслить рационально», — объясняет Гроссман. «Я называю это «отключкой» (в оригинале — «condition black»). В этот момент Вашими действиями руководит средний мозг, и Вы будете делать только то, чему Вы обучились, только то, на что Вы запрограммированы в результате тренировок, ни больше, ни меньше».

Таким образом, если солдат достигает состояния «отключки» и при этом ему недостаёт адекватной подготовки, возникают все предпосылки для его впадения в ступор. В то же время, хорошо тренированный солдат выполнит все надлежащие действия для устранения угрозы. «Перед лицом явной и реальной опасности, подавляющее большинство подготовленных солдат, будет стрелять», — утверждает Гроссман.«Львиный рык — оглушающее и шокирующее явление», — говорит Гроссман. «Но сам лев не слышит собственного рыка также, как и собака не слышит собственного лая. Их слух притуплен, также как и наш. Наш рык – это звук наших выстрелов».Это явление получило название «слуховая избирательность». Оно возникает в разгар боя вследствие блокирования мозгом работы нерва, подающего сигналы с внутреннего уха. Согласно исследованиям Гроссмана, 90% участников боёв говорят о пережитом ими опыте «слуховой избирательности». «Вдруг, ты неожиданно оказываешься в засаде. Бах. Бах. Бах. Выстрелы громкие и всё подавляющие. Ты стреляешь в ответ, бах. Твои выстрелы стихают, но выстрелы противника ты всё ещё слышишь».

Зрение солдата также подвержено изменению в ходе боя. Для описания этих изменений Гроссман использует две различные т.н. модели поведения хищника – «атакующий лев» и «динамика волчьей стаи».Большинство солдат испытывают синдром туннельного зрения. Они говорят: «Атакующий лев» – подобен ракете с тепловой головкой наведения. Он видит только одну цель, и никогда не собьётся». «Это и есть туннельное зрение».

Иногда же, вместо концентрации на одной цели, солдат в состоянии охватить все происходящее на поле боя в его динамике, как волк, нападающий вместе со своей стаей.«Это и есть наша цель», — говорит Гроссман. «Когда я работаю со специалистами высокого уровня, например, со спецназом полиции Лос-Анджелеса, всегда обращаю внимание на то, как они прогрессируют. Практически все из них переключаются между этими двумя моделями восприятия: концентрация для уничтожения одной основной цели, и затем возврат к комплексному восприятию происходящего».Существует ещё один весьма дискуссионный феномен, касающийся зрения в бою, на реальности которого настаивает Гроссман. Это эффект «замедленной съемки».

«Множество бойцов говорили мне, что они могут видеть полет пули во время боя. Многие позже могли указать точку попадания и это было бы невозможно, если бы они не видели траекторию полета пули. Это не так как в фильме «Матрица», это больше похоже на пейнтбол, где полет шара можно наблюдать», — говорит Гроссман.Разум раненного бойца часто рисует в его воображении иррациональные картины или даже галлюцинации. Гроссман объясняет, что это не следствие работы психики, а часть механизма выживания.

«Приведу случай женщины офицера полиции из Флориды. Во время перестрелки она получила десять ранений, и в один момент она сказала себе: «Через шесть месяцев я выхожу замуж и вы мне не помешаете!» После чего она застрелила обоих ублюдков, стрелявших в нее. На службу она вернулась через год. Т.е. это пример иррациональных, но одновременно мотивирующих мыслей».

Осознание того, что кто-то пытается Вас убить, имело бы достаточно печальные последствия, если бы наше тело и мозг не начинали работать в особом и непривычном режиме. Но если Вы к этому готовы, это не застанет Вас врасплох.

«Существует множество способов адаптации людей к условиям боя и к необходимости убивать. И все эти способы работают», — говорит Гроссман.Один из вариантов такой адаптации — «эйфория выжившего». Чувство эйфории, которое человек испытывает, пережив опасную для жизни ситуацию, например, интенсивный бой. «Это естественная реакция тела: Я – живой! Это состояние сравнимо с удовлетворением от выполненной сложной задачи. Ты только что предотвратил смертельную опасность, сохранил свою собственную жизнь и жизнь других людей. Это нормально – чувствовать удовлетворение от этого».

После боя для психики неподготовленного бойца могут наступать последствия, не менее губительные чем вовремя не перевязанные раны. На них во время боя не обращаешь внимания а после боя, когда тело расслабляется, а кровообращение приходит в норму, они начинают кровоточить.

«В итоге, ты — победитель. Ты проломил голову злому волку. Ты победил в бою. А затем ты расслабляешься, истекаешь кровью и… умираешь. Поэтому, насколько важно вовремя наложить на пока еще не кровоточащую рану турникет, настолько же важно помнить, что тело всегда возвращается в исходное состояние. Рана, которая не кровоточила в пылу битвы, начнет брызжить позже. Поэтому важно немедленно наложить жгут если есть ранение. Людям нужно понимать важность этого.»Для многих участников боевых действий настоящие испытания начинаются лишь, когда они оказываются за тысячу километров от поля боя, объясняет Гроссман: «Возникает ситуация при которой люди сначала испытывают эйфорию, а затем их накрывает чувство вины. Они думают: «Я его убил и чувствовал себя нормально после этого». На биологическом уровне, средний мозг – «мозг животного» – не чувствует раскаяния по поводу убийства. Но затем другой мозг – «мозг человека», – который доминирует, говорит мне: «Я должен испытывать вину за содеянное». И после этого начинается бесконечный процесс в попытках примириться со случившимся. Но в наших силах прекратить это хождение по кругу, объясняя, что отсутствие чувства вины после боя — это естественно».Те, кто смотрел фильмы о войне, знакомы с явлением «возвращения в прошлое». Обычно это выгядит так: солдат, недавно вернувшийся с войны, идёт по улице, слышит или видит что-то, что напоминает ему о сражении, и в этот момент картинка переносит нас в прошлое  — на поле боя. Так выглядит придуманная Голливудом интерпретация существующего психологического явления, называемого «воспоминание пережитого».

«Будучи ребёнком, сколько раз Вы касались горячей сковородки? Один раз. Коснувшись ее, Вы вскрикнули, и после этого установилась сильная неврологическая связь. Средний мозг сказал: «Никогда более не касайся этой сковородки» и Вы запомнили это на всю жизнь. Но вероятность погибнуть в бою воздействует на психику значительно сильнее, чем воспоминание об ожоге от сковородки. И так же, как и в случае с горячей сковородкой, она запоминается глубоко и прочно И если Вы не предупреждены о существовании такой связи, Вы не понимаете, что с Вами происходит: Вы слышите громкий взрыв, сердце начинает бешено биться, вы отчаянно хватаете ртом воздух… Мы предупреждаем бойцов о возможности повторно ощутить те же эмоции и чувства, которые они испытывали во время войны. Это может привести к посттравматическому стрессовому расстройству, если не принять соответствующие меры».Многие участники боевых действий предпочитают не говорить о войне, либо говорить о ней неопределённо и пренебрежительно. Это естественно. Мозг не любит заново переживать травматические события. Но попытки упрятать тяжёлые воспоминания поглубже только усиливают их.

«Вы сойдете с ума в попытках забыть», — говорит Гроссман. «В конечном итоге, это закончится психическим расстройством. Необходимо примириться с собственной памятью. Необходимо разделить пережитые события и эмоции, которые их сопровождали. Одним из приемов, применяемых в терапии, является прием отвлечения, суть которого состоит в том, что рассказ о пережитых событиях сопровождается выпиванием жидкости. Прием жидкости – мощный биологическое процесс, который активизирует работу среднего мозга, и дает ощущения безопасности. Повторение этого процесса несколько раз поможет разорвать связь между воспоминаниями о событиях и их эмоциональной составляющей. Т.е. поговорить об этом за пивом со своими друзьями действительно чертовски правильно, но важно знать меру, иначе результат злоупотребления алкоголем может быть обратным».Сразу после начала боевых действий, многие, если не большинство, солдат начинают глубже осознавать спокойствие и комфорт мирной жизни. Желание возвратится к ней становится непереносимым. Но так бывает не всегда. Некоторые солдаты, особенно пережившие тяжелейшие бои, начинают за ними тосковать. Гроссман утверждает, что в этом нет ничего противоестественного.

«Они подобны бойцовским псам, которые постоянно ищут драки. Я знал парня, который несколько раз возвращался на ротацию во Вьетнам. Он утверждал, что это самый восхитительный опыт в его жизни. Многих парней заставили идти во Вьетнам, но за редким исключением, никого не заставляли идти туда повторно. Они возвращались потому что хотели. Это было апогеем их жизненного опыта. И в этом нет ничего плохого или неправильного. Такие люди нужны человечеству, а им нужно гордиться собой и тем, что они делали».

Перевод и адаптация PRACTICARMS
Оригинал публикации: This Is Your Brain On War

В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #34 : 20 Июля 2016, 07:58:07 »
<a href="http://www.youtube.com/watch?v=4-NaKCyoVDo" target="_blank">http://www.youtube.com/watch?v=4-NaKCyoVDo</a>
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #35 : 06 Сентября 2016, 01:09:22 »
В своей недавней статье я обсуждал возможность зачистки территории своего дома или другого компактного помещения. Один из сценариев касался умения стрельбы с близкого расстояния.

Больше, чем просто название

Одной из наилучших позиций стрельбы на близких дистанциях является положение tuck position (прямая собранная стойка, колени согнуты, спина округлена, оружие может быть у пояса — примечание ред.). Некоторые называют это удерживающим положением, но я настаиваю на своем варианте, поскольку он дает нам больше преимуществ, нежели просто удерживание.

Эта стойка позволяет человеку результативно стрелять с близкого расстояния. Ее преимущества очевидны. Стоять прямо было бы тактически неверно. В большинстве случаев, все начинается с расчехления и выхватывания оружия, и будет очень сложно сделать вышеописанные действия в выпрямленном положении, особенно в условиях, когда пистолет скрыто расположен на боку.

Также, такая позиция позволяет перейти из близкого контакта к стрельбе, к так называемым контактным выстрелам (contact shots). Такие контактные выстрелы мы обозначаем как «угловые» (off angle), имея в виду, что стрельба происходит не по линии прицеливания, как многие себе представляют, а под углом. Что более важно — позиция корпуса меняется, поскольку цель находится в движении, и вы подстраиваетесь к этому.

Ваше оружие должно быть подвижно

Находясь в описанной выше стойке, важно не дергать затворную раму и не держать оружие так, как вы обычно его разряжаете, и всё время держать срез ствола направленным на мишень. В теории это может показаться легко выполнимым, но на практике, в случае передряги, ваша цель может начать двигаться очень динамично. А если к этому прибавить огнестрельное оружие – ситуация может стать очень неприятной.

Удержание оружия «прижатым» у груди позволит вам лучше чувствовать кинетику своего тела. Следите за тем, чтобы ваш пупок «смотрел» прямо на цель, даже при ее движении, и процент попаданий будет достаточно высоким. И совсем необязательно сразу пытаться достичь правильного направления ствола пистолета по вертикали. Вероятнее всего, первые выстрелы будет произведены на коротком расстоянии, а потом можно увеличить дистанцию.

Контактные выстрелы

Сложно сказать, как принять решение и когда начать стрельбу, находясь с состоянии близкого контакта. Контактные выстрелы (contact shots) могут быть очень эффективными и поистине разрушительными, но очень важно не перестараться. Произведите толчок или удар в верхнюю часть корпуса, и немного отступите назад. Это поможет вам избежать проблем с оружием, но не уменьшит шанс попадания.

По большей части причиной возможных проблем является попадание одежды под затвор пистолета, так что будьте готовы к этому непредвиденному обстоятельству. В этом случае, сделайте оружием 2-3 удара (можно и самим оружием), а затем постарайтесь разорвать контакт. Отступите назад, устраните неисправность и действуйте в зависимости от ситуации.

Холодное оружие меняет правила игры

its-emerson-a100-11

Есть одна вещь, на которую часто не обращают внимания, когда речь заходит о борьбе на короткой дистанции – это использование холодного оружия. Некоторые люди могут достать и использовать нескладной нож с поразительной скоростью, гораздо быстрее, чем огнестрельное оружие. При это нет необходимости думать о возможных неисправностях, а близкая дистанция делает нож идеальным орудием.

Если вы собираетесь использовать холодное оружие, всегда нужно помнить, что это нужно делать на коротком расстоянии. Если ситуация ухудшается появлением нескольких мишеней, вы встанете перед выбором способа устранения каждой следующей цели. Достаточно очевидно, что цели находится на расстоянии вытянутой руки, вы вполне можете применить холодное оружие.

Если это расстояние вне досягаемости прямого контакта, тогда наилучшим способом будет использование пистолета. Это потребует определенных навыков и контроля, поскольку в одной руке у вас будет холодное оружие, а во второй – огнестрельное, но такой вариант будет невероятно эффективным в случае нескольких целей на короткой дистанции.

Как сказал генерал Джордж С. Пэттон, участник Второй Мировой Войны:

«Пусть войны и ведутся оружием, но выигрывают их люди».
Описанное выше положение (tuck position) и приведённые советы должны быть частью навыков любого стрелка, и при правильном и эффективном исполнении они могут сильно повлиять на исход конфликта.

С уважением, Джефф Гонзалес

Jeff GonzalesДжефф Гонзалес (Jeff Gonzales) был членом отряда «Морские котики» военноморских сил Соединенных Штатов, уважаемым и неоднократно награжденным военнослужащим, участвовавшим в многочисленных военных операциях по всему миру. Сейчас он использует свои познания в военном деле на должности президента компании «Trident Concepts», которая зарекомендовала себя как производитель оружия, тактик и техник по обнаружению угроз. Применяя в своих учебных программах креативный подход, опыт успешных боевых операций и уроки, полученные на военной базе в Новом Южном Уэльсе, компания “Trident Concepts” признана лидером в своей индустрии многими федеральными, государственными и местными организациями. Лица, заинтересованные в учебных программах “Trident Concepts” могут или посетить сайт tridentconcepts.com или связаться по указанным там телефонам и email для получения дополнительной информации.
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #36 : 01 Января 2017, 11:26:40 »
Проблемы огневой подготовки военнослужащего на современном этапе и пути их решения

Давно читаю материалы сайта «Военное обозрение», очень толковые вещи почерпнул для себя, в том числе и в комментариях. Предлагаю свой взгляд на проблему. При написании статьи пользовался многими вашими комментариями, в особенности оставленными после статьи из 2 частей «Автоматчик может и должен поражать головную фигуру».



Так получилась, что после Второй мировой войны огневая подготовка, до того основа обучения бойца, стала утрачивать свое прежнее значение. Предполагалось, что в современном бою главное поражение неприятелю будет наносить авиация и артиллерия, а также пушки, реактивные снаряды, пулеметы БМП и танки. Решать огневые задачи по уничтожению живой силы противника предполагалось не столько за счет меткости, сколько за счет высокой плотности огня. Недаром в наставлении по АК указывается, что основным видом огня для него является автоматический. Подобные установки отнюдь не способствовали воспитанию метких стрелков. В это же время практически прекратилась подготовка снайперов. По штату они были, как и упражнения в курсе стрельб, но реально в таком понятии, как во время войны, не было. В общем, на определенном этапе, в условиях, когда готовились в основном к крупномасштабной войне, вести которую предполагалось большими призывными армиями, не придавалось большого значения меткости стрельбы. Получалось что пехотинцы, танкисты и артиллеристы за два года срочной службы делали меньше сотни выстрелов из автомата. И это в «застойные» 1970-80 гг. В частях спецназа и разведки ситуация обычно получше, но и там она далека от идеальной. Причем характерно это не только для Советской Армии, но и для западных армий. О чем однозначно свидетельствует опыт горячих точек.

Яндекс.ДиректБольшой выбор гидрокостюмов!DISKUS. Большой выбор гидрокостюмов для любителей и профессионалов. Скидки!diskus.ruАдрес и телефонОбъявление скрыто.


Свидетельствует американский полковник Дэвид Хэкворт: «При внезапном столкновении с противником наши солдаты, стреляя из винтовок М-16, в подавляющем большинстве промахивались по полностью видимой и неподвижной цели. Причем не важно, велась ли стрельба с ходу или из засады, результаты были почти одинаковыми: на шесть выстрелов пять промахов.

Таких случаев можно насчитать не одну сотню. Число промахов значительно превышало число попаданий, несмотря на то, что обычно стрельба велась с пятнадцати метров и меньше, а в некоторых случаях — менее чем с трех метров. Выстрел наповал становился легендой. Что касается зависимости эффективности огня от дальности, то в материалах анализа шести крупных и примерно 50 мелких операций нет ни одного свидетельства, когда бы при стрельбе из винтовок М-16 с расстояния более 60 метров был убит хотя бы один партизан или боец вооруженных сил Северного Вьетнама».

Вьетнамский опыт полностью подтверждается афганским. Вот как описывает одно боестолкновение в Афганистане офицер спецназа ГРУ. 16 марта 1987 года была уничтожена группа боевиков из девяти человек. Огонь по ним велся, казалось бы, в идеальных условиях — сверху вниз под углом 25-30 градусов с расстояния 50-60 метров. Факторы успеха: лунная ночь, наличие приборов ночного видения и чрезвычайно слабое противодействие противника по причине внезапности действий бойцов спецназа. Несмотря на это, каждый из разведчиков израсходовал не менее двух-трех магазинов, то есть около девятисот патронов на группу, что составило по сотне на каждого убитого «моджахеда». Что характерно, бой вели не новобранцы, а хорошо обученные солдаты, в группу входили четыре офицера. Подчеркну, что оба эксперта говорили о подготовленных бойцах.

С афганской войны ничего не изменилось. Боевые действия в Северо-Кавказском регионе также показали, что огневая выучка военнослужащих находится не на должном уровне. Рассказывает офицер, участник событий. «Во вторую чеченскую кампанию группа спецназа находилась в засаде. Боевики, согласно оперативной информации, ночью должны были прийти к главе администрации поселка. В условиях плохой видимости двое боевиков вышли на засаду на удалении метров двадцати друг от друга. Их уничтожили, но как! Я думал, что началась третья мировая. Некоторые почти все магазины расстреляли. Потом был разбор боя. Я обалдел от того, что некоторые по два, три контракта отслужили, а навыков ведения огня нет. Если бы на подхвате было еще несколько боевиков, результат мог быть иным».

Не только солдаты по призыву и по контракту не могут стрелять, но и выпускники военно-учебных заведений, которые учатся по пять лет, при проверке на войсковых сборах в региональных командованиях показывают стабильно низкие результаты в стрельбе. Несколько лучше при стрельбе из автомата и на порядок хуже при стрельбе из пистолета. Так, на сборах лейтенантов в региональных командованиях (военных округах) порядка 10% выпускников получают неудовлетворительные оценки при стрельбе из пистолета. В современных условиях, когда на первый план выходит подготовленный воин-профессионал, офицер или контрактник, а боевые действия вот уже в течение 20-ти лет предполагают скоротечные огневые контакты небольшими группами соперников, такая ситуация представляется как ненормальная и нетерпимая.

Встает вопрос: что делать? Давайте попробуем разобраться. Огневая подготовка строится на трёх столпах — курсах стрельб, организационно-методических указаниях силовых ведомств и строевом уставе. Есть и другие приказы и инструкции, но их значение невелико. В итоге мы имеем ситуацию, когда солдат, едва выучив сочетание «ровная мушка и плавный спуск», выходит на рубеж и из положений строевого устава «Оружие на ремень» и других, принимает изготовку для стрельбы, выполняет упражнения учебных и контрольных стрельб. Всё перечисленное касается практически всех подразделений, за исключением частей спецназначения, где присутствует «творчество», а также частей, подразделений которые участвовали в боевых действиях, и на своем тактическом уровне пришли к пониманию, что так готовиться к бою нельзя. Я предлагаю оценивать ситуацию с позиции сегодняшних знаний, опыта и технологий. Я не стремлюсь очернить труд многих заслуженных и достойных офицеров и бойцов, наоборот, многие делали больше, чем могли, и чем нам разрешали, но стоит признать: мы многого не знали и не могли, и многого нам не разрешали.

За последние 20 лет произошёл ряд событий, связанных друг с другом и повлиявших на развитие огневой подготовки. Главными из них, безусловно, стали первая и вторая чеченские кампании, «грузино-осетинский» конфликт, боевые действия на Донбассе. Большое влияние на стрелковое дело оказывают и проводимые специальные и контртеррористические операции в различных точках России и за рубежом. Кроме того, в связи с реформированием армии и других силовых структур изменился сам подход к боевой подготовке вообще и к огневой в частности. Что стоит только уменьшение сроков службы военнослужащих по призыву с двух лет до одного года. Наибольшее развитие огневая подготовка получила среди тех, кто имел возможность пользоваться оружием и тренироваться, так сказать, на работе — среди сотрудников ФСО, групп «А», «В» и некоторых других спецподразделений. Наряду с вышесказанным стоит отметить, что в целом огневая подготовка в практически всех ведомствах не стала более системной, технологичной и соответствующей требованиям времени. Безусловно, есть сдвиги, есть желание и есть действия, но системы нет. Есть отдельные попытки что-то изменить, которые не приводят к какому-то улучшению, а зачастую и вредят.

Например, после 1 чеченской кампании курс стрельб для внутренних войск пополнился новым упражнением для автоматчика. По условиям упражнения, если стрелок не обстрелял одну из трех мишеней, ему выставляется оценка «неудовлетворительно». Задумка хорошая, но на практике привела к тому, что, когда обучаемый не попадает в мишень, он лежит и ждет, когда фигура упадет и поднимется другая. Вместо стремления поразить все мишени стали «обстреливать» их. В новом курсе стрельб 2013 года изменилось упражнение стрельбы из пистолета Макарова. Если раньше время на стрельбу не ограничивалось, то теперь необходимо поразить мишень 3 выстрелами за 15 секунд. Вроде бы усложнилось упражнение, а в то же время и ежу понятно, что, если военнослужащий попадал в мишень, он так и будет попадать. А если не попадал? Новое упражнение для автоматчика предполагает поражение целей на ходу. А как этого добиться, не совсем понятно. Можно долго обсуждать условия выполнения упражнений, но я предлагаю подойти к ним с учетом основных принципов обучения и боевого опыта.

Основные принципы обучения нам говорят, что:

1. Обучение должно носить системный, последовательный и комплексный характер, идти от простого к сложному.

2. Проходить на высоком уровне трудности.

3. Учить тому, что необходимо в последующей деятельности.

Если мы посмотрим с этих позиций, то сразу увидим недостатки современного курса огневой подготовки.

Во-первых, все упражнения оторваны от реальной жизни, не учитывается специфика боевых действий. Мы готовим военнослужащего к классическому общевойсковому бою между двумя противостоящими армиями. Для стрельбы из автомата из мишеней имеются грудная и ростовая фигуры на дальностях 150-300 метров. Но на поле боя нет грудных фигур! Как показывает опыт выполнения служебно-боевых задач, в бою военнослужащие сталкиваются либо с перебегающим противником, либо с головными фигурами, ведущими огонь из-за укрытий. Ведение огня на расстояниях 70-150 метров, по головной фигуре в лесу и в условиях населенного пункта, наиболее распространенный случай в современных условиях, не рассматривается в курсе стрельб вовсе. Расстояния свыше 300 метров также не фигурируют в курсе стрельб среди упражнений для автоматчика. Хотя все современные армии готовятся к огневым контактам на дальностях 500-600 метров и даже готовят для этого специальных стрелков — марксмэнов (по западной терминологии, стрелок высокоточной огневой поддержки, вооруженный автоматической винтовкой с оптическим прицелом, сменным стволом для поражения противника в различных условиях обстановки на дистанциях до 800-900 метров).

Во-вторых, не прослеживается принцип обучения от простого к сложному. Для стрельбы из пистолета днем нет градаций расстояний, хотя техника стрельбы разная, в зависимости от дистанции. Так, например, для стрельбы из пистолета существуют упражнения с несколькими вариациями: 3 выстрела на расстояние 25 метров (ночью на 10 м). Так всю службу военнослужащий его и выполняет. Что лейтенант с выслугой 1 год, что полковник с выслугой 30 лет. Ничего не меняется. А, как показывает опыт, не сильно меняется и количество выбиваемых очков. Выбивал 22 очка, через 5 лет службы стал выбивать 24. Это хорошо или плохо? Если хорошо, то насколько? А если плохо? И вся подготовка строится на том, чтобы попасть как можно ближе к центру мишени. Детальной статистики потерь среди сотрудников правоохранительных органов России не ведется. Но в США ежегодно издается бюллетень с анализом боестолкновений сотрудников полиции с преступниками, однажды приведший следующие данные по количеству потерь в год на разных дистанциях боя: 367 погибших на дистанциях до 1,5 метра, 127 — на дистанциях до 3,5 метра, 77 — до 6,5 метра и 79 — на всей остальной дистанции. Эти и многие другие интересные данные статистики в наших странах совпадают или очень близки. Получается, наша подготовка однобока и готовит только к 10% огневым контактов, совершаемых на дальних дистанциях. Кто-то может возразить, если на 25 метров попадает, то попадет и на 7. Но это не совсем верно. Весьма показательна статистика применения оружия сотрудниками ФБР США в схватках с преступниками. Поединок длится в среднем 2,8 с. Его участниками расходуется в среднем до поражения одной из сторон 2,8 патрона. На малых дистанциях необходимо быстро изготовиться к стрельбе и быстрее противника сделать несколько выстрелов, а на больших точнее прицелиться и поражать цель большим числом выстрелов с максимально быстрым переносом огня по многочисленным целям. В армии США обучение стрельбы из пистолета ведется на дистанции 7, 15, и 25 метров. В армии Великобритании обучение стрельбе проходит также поэтапно. Сначала учатся стрелять на небольшие расстояния, доводя выучку до совершенства, потом увеличивают дистанцию и продолжают работать с максимально возможным темпом. Начиная с упражнений стоя по неподвижной мишени, затем в движении по неподвижной мишени, а совершенство приходит, когда военнослужащий при полноценном беге стреляет в голову движущейся мишени. На практическую отработку специальных упражнений по стрельбе каждому обучаемому выделяется, только на первом этапе 1500 патронов. Принцип педагогики «от простого к сложному» виден невооруженным взглядом.

В-третьих, огневая подготовка оторвана от тактической. Вершина обучения — это боевая стрельба отделения, взвода в классическом оборонительном или наступательном бою. Но много ли таких стрельб проводится? Получают ли военнослужащие необходимые устойчивые навыки по поражению целей на поле боя? Не говоря уже о том, что за пределами обучения остаются действия при попадании в засаду, проведении зачистки, несении службы на блокпосту и т.д. А вот примерная программа подготовки сотрудника частной военной компании. Курс "Стрелковая подготовка " проходит за пять дней. Включает стрелковую подготовку, стрельбу и передвижение, боевые действия в городских условиях, силовой вход (выбивание дверей), ближний бой. По завершении занятий обучаемые будут обладать навыками обнаружения, сопровождения и поражения огнем групповых движущихся целей. Каждый из них за пять дней произведет 3500 выстрелов из 9-мм оружия ( пистолет), 1500 выстрелов — из 5,56-мм (автоматическая винтовка).

В-четвертых, боевая стрельба «размазана» равномерно на весь период обучения. Например курсанты военных институтов национальной гвардии (внутренних войск) на стрельбище выезжают порядка 60 раз за пять лет. Такие занятия не позволяют сформировать устойчивый навык. Психологи говорят, что для превращения какого-либо действия в двигательный навык необходимо выполнить его 4000-8000 раз. Посмотрим на наших вероятных друзей. Командование корпуса морской пехоты США считает, что результаты огневой подготовки будут гораздо выше, если морской пехотинец отстреляет годовой норматив боеприпасов за несколько дней. Такие интенсивные стрельбы способствуют более прочному закреплению навыков, чем ежемесячное выполнение одного-двух упражнений. Этот принцип вошел в практику начальной боевой подготовки морской пехоты. Огневая подготовка в учебном батальоне проводится в полевых условиях непрерывно в течение трех недель. Первую неделю курсанты изучают материальную часть стрелкового оружия. Затем они осваивают на тренажерах приемы прицеливания, изготовки к бою, выбора позиции. Вторая неделя отводится на учебные стрельбы (250 патронов), которые заканчиваются выполнением квалификационного упражнения из винтовки М16А2. Стрельба ведется на дистанциях 200, 300 и 500 м из трех положений одиночными выстрелами. На заключительном этапе курсанты сдают зачеты по стрельбе из винтовки М16А2 в противогазе, в темное время без ночного прицела и очередями, а также с семи позиций: с крыши, из окна дома, через амбразуру, пролом в стене, из-за дерева, поверх бревна, из траншеи. Для выполнения этих стрельб каждому выдается 35 патронов. При этом обращается внимание на выработку уверенного навыка постановки оружия на предохранитель при перемене позиции, умение скрытно занять ее и поразить все мишени. Зачетное упражнение в стрельбе из пистолета по поворачивающимся мишеням (40 патронов, дистанции 25, 15 и 7 м). Из ручного пулемета М249 курсант должен отстрелять 100 патронов по шести мишеням и сменить ствол через 50 выстрелов, а также овладеть навыками ведения огня по вертикали и горизонтали, меняя положение локтей и туловища. Последнее зачетное упражнение в стрельбе в движении из винтовки М16А2 по мишеням, находящимся на разных дистанциях, курсант выполняет в полном боевом снаряжении, шлеме и бронежилете, получив 90 патронов в четыре этапа. Вначале ведется стрельба из оборонительной позиции (на дальность до 300 м), затем имитируется движение в дозоре со стрельбой (на 150-200 м), сближение с противником, находящимся в обороне (150-200 м), и стрельба "в упор" (50-75 м) одиночными выстрелами по появляющимся каждые 5-8 с мишеням. Зачетный норматив составляет 50 проц. попаданий.

В-пятых, учим стрелять мы только автоматическим огнем, и при этом очередью в два патрона. Хотя при этом в цель попадает одна пуля, а при стрельбе очередью в три патрона — две пули. Разница в точности составляет 30%, что довольно существенно. У АК-74 вторая пуля очереди всегда идёт правее и выше точки прицеливания, третья — опять примерно в точку прицеливания, а последующие пули очереди рассеиваются хаотично. Это указано в руководстве по АК-74. Таким образом, при стрельбе по грудной цели на дальности 100 м вторая пуля очереди всегда ложится над левым плечом цели, а третья — опять в цель. Поэтому самая эффективная очередь — 3 патрона (2/3 попаданий), а не 2 патрона (1/2 попаданий).

Кроме того, практики, в том числе и из спецподразделений, давно уже стреляют одиночным огнем с автоматического положения переводчика огня, корректируя каждый последующий выстрел. А мы этому не учим.

Классический вопрос «что делать»: что нужно современному военнослужащему? Нужна гибкая, комплексная система огневой подготовки, которая бы строилась на нескольких уровнях обучения, постоянно совершенствуемых методиках обучения, институте инструкторов по огневой подготовке и системой оценки солдата как индивидуально, так и в составе подразделения. Для совершенствования стрельбы из пистолета необходимы упражнения, имитирующие реальные боевые схватки: начиная с расстояния 5-7 м и вплоть до 50 м. с ведением огня по нескольким целям, рассредоточенным по фронту и в глубину. На вооружение принимается новое оружие, например, пистолет Ярыгина (ПЯ) со скоростью пули 570 м/с и возможностью пробивать бронежилет на расстоянии 50 метров. Соответственно, и учить стрельбе из пистолета надо на 50 м. Надо учить использовать все возможности оружия. Для стрельбы из автомата также необходимо существенно расширить диапазон дистанций: от 50-70 м, имитируя действия при попадании в засаду в различных условиях, до 100-150 м (ведение огня в городских условиях и в лесу) и до 500-600 м (на открытой местности). Необходимо добавить для стрельбы из автомата головную мишень. Доводить все действия военнослужащего до автоматизма, учить стрельбе в группе и в комплексе с занятиями по тактической подготовке.

Считаю, что проблем в огневой подготовке много, и необходимо их срочно решать. Должно быть понимание того, что необходимо обучать бойца не просто стрельбе, а готовности его к действиям в ходе активного огневого контакта в различных условиях. Подобно тому, как в системе высшего профессионального образования внедряются педагогические технологии и вырабатываются компетенции, так и в системе огневой подготовки должно приходить понимание, того, что огневая подготовка — это технология, которая строится на определённых законах и принципах, а также меняется с изменением характера боевых действий и техническим прогрессом. Наступило время менять систему огневой подготовки.

Автор: Слава1974

В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #37 : 16 Сентября 2017, 22:25:00 »
И снова "ВЕТЕР"
Наш старый знакомый Майор Ветер выпустил новое видео:
<a href="http://www.youtube.com/watch?v=xMsAiKWTFq8" target="_blank">http://www.youtube.com/watch?v=xMsAiKWTFq8</a>
которое в очередной раз доказывает его профессионализм.
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.

Оффлайн Чегодаев Сергей

  • Администратор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 7122
  • товарищ Ч
    • Просмотр профиля
  • член IPSC: Да
  • номер карточки: 02-379
Re: Уроки полученные в бою
« Ответ #38 : 20 Сентября 2017, 23:05:12 »
А вот еще: <a href="http://www.youtube.com/watch?v=uuKZ5-QckOU" target="_blank">http://www.youtube.com/watch?v=uuKZ5-QckOU</a>
и еще <a href="http://www.youtube.com/watch?v=yzICagHGlBo" target="_blank">http://www.youtube.com/watch?v=yzICagHGlBo</a>
В реальной ситуации ты не поднимешься до уровня своих иллюзий, а опустишься до уровня своей подготовки.